Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

В этот же день вечером, когда все участники работ под трибунами стадиона собрались в доме Ферми на вечеринку, единственная женщина в группе физиков — Леона Вудс под страшным секретом прошептала Лауре, жене Ферми: «Энрико потопил японского адмирала». Жажда отмщения за позор Пирл-Харбора все последующие месяцы руководила действиями не только сотрудников Ферми, но и многих других физиков Америки. Поначалу им казалось, что они вольны в действиях и поступках и в любой момент смогут приостановить движение своего «корабля». Но достаточно искушенные в физике, они были младенцами в политике. Опробуя первую атомную топку, они еще не осознали в полной мере, что на мостик гигантского «лайнера», получившего уже кодовое название «Манхэттен-проект», поднялся капитан, недавно получивший чин бригадного генерала, Лесли Гровс. За рукоятку наполовину вытащенного из ножен карающего атомного меча уже цепко ухватились военные. Против них окажется бессильным даже консерватизм Ферми.

Да, позор Пирл-Харбора... Но переэюивания американцев в 1942 году нельзя даже сравнить с испытаниями, выпавшими советским людям в те же дни. Заволжские степи утонули в нетронутых снегах, И Явлинский, маясь от одиночества в инфекционном боксе санпоезда, все смотрел и не мог насмотреться на эту ослепительную, непривычную белизну, дышащую покоем. Майор Явлинский за месяцы боев в Сталинграде напрочь отвык и от этой снежной белизны, и от мирного, нетронутого войной, глубокого тылового пейзажа, и от опустошающего ничегонеделания. Состав с красными крестами на стенах и крышах вагонов все дальше и дальше уходил на юго-восток, пересекая пустынные, с редкими селами, степи. А Явлинский с каждым километром пути все глубже и глубже погружался в мыслях своих в недавнее прошлое...