Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Убаюкивающий рожок ночного сторожа: «Ночь, господа! Глубокая тишина, господа!» — растекался над спящим Геттингеном, над замшелыми степами средневековой кладки, над новым зданием причудливой конфигурации — крупнейшей аэродинамической трубой в Европе. Здесь уже проходили испытания модели боевых самолетов фирм «Мессершмитт» и «Фокке-Вульф».
Физикой в те годы начинают серьезно заниматься не только в признанных и традиционных научных центрах. Кипит жизнь и в ленинградском Физтехе. Сюда в 1930 году приезжает Лев Арцимович.
Оказывается, недостаточно «родиться вовремя» — надо вовремя попасть в то единственное место на земле, где твои способности могут реализоваться полнее всего.
С равнодушным видом, стараясь не показать волнения и неуверенности, Арцимович вошел в лабораторию. И проявил независимость. И даже показал «зубки юмора». Так выразился Артем Алиханьян. В отличие от него старший брат назывался на русский лад — Алиханов.
Армянские братья три часа гоняли его по новой физике, устроив перекрестный допрос.
Задав очередной вопрос, Артем кивал, переворачивая при этом песочные часы. И, рожь в памяти, стараясь подобрать точные исчерпывающие формулировки, Лев смотрел на тонкую струйку, которая стремительно текла из верхнего сосуда в нижний.
Лишь дважды Арцимовичу не удалось ответить. И верхний сосуд песочных часов опустел до того, как он сформулировал ответ. Но зато какими печальными глазами посмотрел на него Артем. Когда же Лева, промедлив, все же дал исчерпывающий ответ, Артем встрепенулся и, обращаясь к брату, бросил;