Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Курчатов чувствовал: таится в этом, пока не разгаданном, поглощении нейтронов какая-то важная закономерность, которая, как знать, может стать существенной, когда они развернут широкое наступление на атом. Случай... Почему он обратился к Арцимовичу, упорно соблазняя его принять участие в этой возне с поглощением? Курчатов помнил ту, первую работу Льва по отражению рентгеновских лучей. С нее начался Арцимович-исследователь, скрупулезный скептик, сомневающийся в самых чистых результатах, добросовестный и неутомимый экспериментатор, генератор на первый взгляд парадоксальных, но очень интересных идей. Соратник, товарищ, разделяющий твои предположения, но не всегда союзник. Пессимист в их деле стоит многих бодрячков оптимистов. Он, словно осторожный проводник в горах, интуитивно может вывести на нужную тропу. Курчатов, проанализировав результаты опытов, вроде бы нашел объжнение необычному поглощению нейтронов.

Арцимович, отыскав уязвимые места в цепочке опытов, опроверг утверждение Курчатова о существовании резонансного поглощения. В парке звенели удары по тугому мячу, перелетавшему над волейбольной сеткой. Теоретики яростно сражались с лабораторией диэлектриков. Здесь, в насквозь прокуренной комнате, где кисловатый табачный дым от «Казбека» тяжелыми клубами вытекал в настежь распахнутое окно, шло совсем иное сражение. Голоса спорящих пронзали хлипкие перегородки комнат, мешая в соседней сосредоточиться Абраму Алиханову. Сидя за своим письменным столом, он непроизвольно все больше вслушивался в этот спор и думал: «Да, оперился, Левушка.

Вырастили из птенчика орла». — Нам только кажется, что опыт чист. Но каждый раз в нем есть что-то лишнее. А это не исключает ошибки. Вспомни, что говорил Роден: «Я делаю статую так — беру кусок мрамора и отсекаю все лишнее».