Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Да, путь был один. Но ни в Штатах, ни в Москве тогда никто об этом не знал. И американским исследователям и советским казалось, что они идут к цели своей напряженной дорогой. Колпак жесточайшей секретности, словно броней, накрыл всюду атомные работы. Осуществление управлжмой цепной реакции было возможно. Все теоретические расчеты подтверждали это. Но горючим в атомном котле должен был стать не просто уран, а его изотоп с атомным весом 235. Именно этот изотоп обладает способностью легко делиться. На одну тонну руды урана-235 содержится всего семь десятых процента. И получить его в чистом виде из урановой руды — все равно что искать крохотную иголку в стоге сена. Так считали физики, занимающиеся ядром. А между тем существовал способ, с помощью которого можно было бы решить эту задачу.

Существовал уже более ста лет. И назывался этот способ: закон газовой диффузии. Впервые он был сформулирован шотландцем Томасом Грэхэмом еще в 1829 году. Но шотландец был химиком, а голову над получением атомного горючего ломали физики, многие из которых даже не подозревали о законе Грэхэма. Собственно, история науки повторилась на малом отрезке времени. Сначала представители соседствующей о Гфизикой химии подтолкнули ядерщиков, заставили их наконец-то разглядеть давно достигнутое этими же физиками деление урана. Теперь химия снова должна была помочь перешагнуть через, казалось, непреодолимый порог. В апреле 1940 года в лаборатории Мипнесотского университета и в исследовательской лаборатории компании «Дженерал электрик» в городе Шенктад почти одновременно с помощью масс-спектрографа были добыты буквально крохи чистого урапа-235. Оба образца срочно перекочевали в Колумбийский университет, где физикам предстояло проверить в эксперименте теоретические расчеты Бора—Уиллера.

Они утверждали, что нейтроны, скорость которых будет замедлена до двадцати двух метров в секунду, расщепят только ядра урана-235.