Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

— Ядерные исследования я все же постараюсь сохранить. В последующие дни Иоффе мыслями не раз возвращался к этому разговору. Да, Алиханов, Курчатов и другие проявили физтеховский патриотизм. А приятно, черт побери! Он своим молчанием поддержал их. Но кто его в этом упрекнет? Конечно, всегда найдутся такие, кто спутает патриотизм с местничеством. Но в последнем уж его не обвинишь.

Разве он мешал, когда лаборатория II. Н. Семенова фактически разрослась до размеров института? Нет. Он первый поддержал Николая Николаевича: пора отделяться. Нужен институт для новой, едва поднимающейся области науки — химической физики. И письма писал, и пробивал, И в президиуме Академии в этом деле свою роль провел очень точно. Он всегда за то, чтобы предоставлять молодежи самостоятельность. Поднялся, окреп, стоишь твердо — дерзай!

Вавилов, конечно, прав. Концентрация сил по проблемам ядра нужна. Наверное, скоро станет просто необходима. И может быть, действительно под эгидой одного из академических институтов. Хотя, как знать, возможно, и целый институт придется основать. Но сейчас... Чутьем опытного учителя Иоффе понимал, что они еще нуждаются в нем — его «мальчики», а главное — в привычной атмосфере Физтеха.

На новом месте с новыми людьми им неизбежно придется начинать сначала, и они потеряют темп. Все прожнилось, вернее, запуталось окончательно, когда перспективный план работ Физтеха на следующий, 1935 год вернулся из наркомата в Ленинград. Обычно подобный план утверждался без звука. Авторитет Физтеха да и самого академика Иоффе гарантировал целесообразность предполагаемых исследований. Случалось и поспорить по двум-трем темам.