Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Многие откровенно улыбались. Гость обидчиво побледнел. Курчатов хоть и хмурился, но молчал. Он хорошо знал своего давнего товарища и понимал, что тут уж он будет беспощаден, невзирая ни на какие авториг теты, и остановить его невозможно. Но Арцимович довольно неожиданно оборвал свою саркастическую эскападу и перешел к результатам эксперимента.
Все, что ощущал он, что, подобно энергии импульсного заряда, копилось в нелегких его размышлениях, — все это теперь на представительном совещании аккумулировалось в твердое и убежденное: «Нет, это не термояд». Он был тверд и доказателен в своих выводах, и теоретики не смогли опровергнуть его. Курчатов непроницаемо молчал.
Время текло в серии экспериментов, в выявлении нежных, неразгаданных явлений, в напряженном поиске и мучительных сомнениях. Но чем дальше уходило в прошлое то широкое совещание, тем жнее становилось для всех, что Арцимович, которого поругивали между собой за скептицизм, все же оказался прав.
Да, идея, которую все они обсуждали в Клошмерле, была дерзкой, заманчивой, перспективной. Тогда казалось, что достаточно найти удачное техническое решение и проблема будет решена.
Но вот открыто новое явление, протекающее в быстрых сильноточных разрядах. Возникла новая область — физика высокотемпературной плазмы, которая зародилась как задача сугубо узкая, конкретная, скорее, техническая, нежели научная, но вдруг превратилась в увлекательную, коварную и загадочную область поисков и надежд, разочарований и взлетов мысли как для экспериментаторов, так и для теоретиков.