Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Каждую среду в большой аудитории на семинаре малейшая нежность подвергается всестороннему коллективному анализу. Теперь в большой моде стиль Арцимовича, который долгие годы раздражал многих, — все подвергать безжалостному сомнению и требовать аргументированных доказательств. Сам Лев Андреевич готовит обзорный доклад для Женевы. Он дает в нем четкую классификацию различных методов использования магнитного поля для удержания и нагрева плазмы. В этом докладе детально рассматриваются свойства будущих термоядерных реакторов. Но главное — в заключительных словах доклада. Молодец Лев! Игорь Васильевич даже отметил па полях этот предельно точный по мысли абзац: Проблема термоядерного синтеза требует для своего решения максимальной концентрации интеллектуальных усилий и мобилизации очень значительных материальных средств и сложной техники.

Она как бы специально создана для того, чтобы стать предметом тесного сотрудничества ученых и инженеров различных стран, работающих по согласованной общей программе и непрерывно обменивающихся результатами своих расчетов, опытов и технологических разработок. Объединение исследований по проблеме управляемых реакций синтеза в интернациональном масштабе, несомненно, должно привести к значительному сокращению срока, который нужен для того, чтобы мы пришли к намеченной цели. Вот так, достаточно четко и прямо. Без дипломатических подходов. Путь у физиков может быть один. Возможны различные нюансы. Но магистраль одна. И нечего нестись по ней взапуски, очертя голову, а нужно творить одно общее дело. В хижине лесника члены советской делегации обстоятельно рассказывали потом о конференции па берегу Женевского озера. Две с половиной тысячи докладов по различным проблемам атомной физики было сделано в те дни во Дворце наций.

Сто пять из них оказались посвященными управляемому термоядерному синтезу. Но именно они и стали главной темой конференции. В этой области физики началась новая эпоха. Быть может, это уже не их эпоха, а идущего за ними, пока еще молодого, неопытного поколения исследователей. Курчатова интересовало все. И реакция зала на доклады советских физиков. И реакция публики на азартную попытку Игоря Евгеньевича Тамма прокатиться на водных лыжах по Женевскому озеру.

И совместные походы советских и американских ученых в уютные швейцарские ресторанчики. И темы бесед в кулуарах. И тот дух взаимного узнавания, который хоть в чем-то должен был возродить прекрасное довоенное братство физиков. Монтаж Огры шел в стремительном темпе. Головин, официально назначенный в марте 1958 года начальником нового объекта, доказал, что за годы работы заместителем у Курчатова прошел отличную школу. Огра была построена в поразительно короткий срок. Начались планомерные эксперименты, в ходе которых надеялись получить плазму с поистине термоядерными параметрами.

Ум человеческий дерзок и решителен, но при появлении нового, неизведанного старается подобрать для сравнения привычные образы и понятия. Говорили и писали, что плазма в Огре заключена в невидимый тоннель, закупоренный с двух сторон магнитными полями. Может, потому, что эти магнитные поля между собой физики называли зеркалами, родился и очередной, даже поэтический образ.