Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Это был своеобразный приговор замкнутым системам, и в первую очередь Токамакам, поскольку они, если слепо подчиниться выводам теоретических изысканий Бома, оказывались напрочь непригодными для создания термоядерного реактора. Правда, результаты исследований, полученных на Токамаках, свидетельствовали, что скорость потерь плазмы раза в три меньше, чем должна быть но закону, предсказанному Бомом. Именно поэтому тогда, в Калэме, Арцимович высказал сомнения в универсальности бомовской диффузии. Но одно дело поднять знамя борьбы за освобождение от формулы Бома, как цветасто выразился один из английских коллег, а другое удержать его, не рухнуть сраженным прицельной очередью неопровержимых данных, добытых в эксперименте. Может быть, поэтому, выйдя из больницы, Арцимович с такой жадностью набросился на работу. Да, его ребята возмужали за эти годы, набрали вес настоящих экспериментаторов. В чем-то переняли у Арцимовича непреклонное, жесткое, скептическое отношение к добытым результатам.

И постепенно им приоткрывался смысл сказанных академиком, зачастую на ходу, мыслей. В основе всех его действий и требований лежала борьба за факт. Да он и не мог иначе. Это уже его стиль. Стрелков, Разумова, Муховатов принимали такой принцип безоговорочно. Может быть, потому, что были постарше и работали с ним дольше. Сережа Мирнов, хотя и был по духу Арцимовичу ближе, пока что с трудом усваивал смысл его требований и вызывал беспокойство.

Сергей нетерпелив, искрометен в мыслях, высказываниях, идеях. Остер на язык. Парадоксален в суждениях. Но нынче иные времена, иная эпоха в науке.