Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Спустя несколько месяцев письмо, составленное Курчатовым и Головиным, ушло наверх. Они ходатайствовали о выделении десяти миллионов рублей из резерва Совета Министров на развертывание первоначальных экспериментальных работ по термоядерному синтезу. Проблема эта не была связана с делами обороны, которым тогда в первую очередь давалась «зеленая улица». Вопрос об МТР должен был дождаться своей очереди. Прошло несколько недель. В лаборатории номер два ждали вестей из Совета Министров, но последовали они из...Латинской Америки. Весной 1951 года информационное агентство Аргентины передало заявление президента Нерона.

В нем сообщалось, что в исследовательском центре Аргентины физик Рихтер, покинувший Австрию, захваченную Гитлером, получил нейтроны, свидетельствующие о термоядерной реакции в разогретой плазме. Информация была расплывчатой и неточной. Курчатова пригласили наверх для консультации и разъяснений. Тут-то Игорь Васильевич и напомнил о письме, которое долгое время оставалось без ответа. Письму дали ход. Оно стремительно миновало дистанцию, на которой по заведенному порядку о определенной скоростью двигались подобные бумаги. И пятого мая 1951 года было решено развернуть исследовательские работы по термоядерному синтезу и выделить необходимые для этого средства.

Как выяснилось вскоре, генерал Перон несколько поспешил со своим заявлением относительно нейтронов, полученных физиком Рихтером. Но на территории лаборатории номер два уже строилось здание для будущих термоядерных исследований. Группа для первоначальных экспериментов была собрана в единый мощный кулак. Готовились аппаратура, измерительная техника. Все были полны радужных надежд.