Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Что помогло ему в этой грязной бродячей жизни не потерять себя, за малый срок стать одним из вожаков буйного племени беспризорников? Крепкие кулаки? Вряд ли. Лев до этого сроду не дрался. Хотя здесь, очертя голову, бросался на обидчика, и тот, явно более сильный, отступал.
Все основы, что вкладывались в него столько лет воспитанием, — не укради, не солги и многое другое — все забылось в мгновение в этом кочевом бытии, в скопище грязи и ругани, вечно голодным, оборванным, в страхе перед жестокой расправой, которая могла обрушиться на пацаньи головы в любой момент.
Барин научился стоять на стреме и курить махру пополам с листом, мастерски разжигать костер из щепочек и печь картошку в золе, ходить босиком по булыге и стерне, давить в себе страх перед облавой и находить выход из трудных ситуаций, терпеть боль и холод, спать черт знает на чем и бог знает где, хоть в открытом поле, хоть под забором. И только одного никто его не мог заставить сделать ни побоями, ни насмешкой — просить милостыню, жалобно тянуть лазаря.
В первый раз, когда он отказался побираться, то получил от всей ватаги жестокую трепку. Колотили скопом, без Жалости. Он все же вывернулся, схватил камень и отчаянно с криком «Убью!» пошел на вожака. Тот отступил. Больше Барина не били.
Родители были почти рядом. Домишко, где поместилось статбюро, находился через две улицы от сараюшки беспризорников. Несколько раз Лева даже мельком видел отца на улице. Такого родного, осунувшегося и такого чужого. Чувство обиды на родителей за то, что отдали его в приют, что во имя каких-то высших   принципов поступились своими детьми ради племянников, вспыхивало у Левы с новой силой, когда он только приближался к покосившемуся домику статбюро или даже встречал кого-нибудь из папиных сослуживцев на улице.