Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

...Желтые сливы лежали в вазе на белом столе. Хозяйка дома знала, что Арцимович любит этот сорт. И каждое утро по дороге из загородного дома в лабораторию непременно заезжала сюда, чтобы наполнить вазу вновь. Кисловато-сладкий сок плодов приятно холодил язык, нёбо, привыкшие, особенно за последние месяцы, к резкому вкусу валидола...
Воспоминания Маргариты и Эдмона Грийо о привычках, суждениях, образе жизни Ирэн и Фредерика Жолио-Кюри, сотрудниками которых они были многие годы. Или рассказ самого Жолио, поведанный Эдмону Грийо в нелегкую пору Сопротивления о том, как, мечтая о стезе исследователя, Фредерик впервые в двадцатых годах предстал перед легендарной Марией Кюри.
...Старинные часы в кабинете Эдмона Грийо, наверное такие же древние, как дом, с вычурным циферблатом хрипло и гулко отзвонили половину второго. И тотчас же щелкнул замок входной двери. Ба пороге возник Эдмон. Высокий, подтянутый, в темно-сером костюме. Что ему пятьдесят пять! С мжким акцентом он проговорил по-русски: «Пора. Полчаса до лекции, Левушка...»
Они молча пересекли небольшой холл, миновали широкие ступени перед входом в дом, обрамленные массивными перилами. И, только ступив на тротуар узкой, пустынной в этот час улочки в Латинском квартале, словно подводя черту под утренними скитаниями по городу и своими размышлениями о прошлом, Арцимович произнес:
— Не всегда в прозекторской все кончается. Иногда что-то и начинается...
Конечно, это простое совпадение. Но, шжалуй, это и символично. В 1895 году, когда Конрад Рентген открыл свои лучи, в парижской мэрии сочетались браком преподаватель химии и физики муниципальной школы Пьер Кюри и уроженка Варшавы Мария Склодовская.